Фильм «Старый Клоун» при поддержке ПФКИ мы сняли на основе истории, которую мне в далеком 1989 году рассказал Георгий Францевич Милляр. Всесоюзная Баба Яга уже почти совсем не снималась, жила на пенсию в избушке на 18-м этаже с классической сказочной бабушкой, Марьей Васильевной, Манечкой.
Тогда в 1990 году Георгию Милляру было 86, и был он в прекрасной форме. С виду – классический сказочный дедушка в очках, из-за которых улыбались увеличенные, просто-таки, огромные глаза. На столике всегда лежал какой-нибудь клубок веревок, из которого плелись коврики на пол. Избушка была полна всяких слоников, буратин, чебурашек, дракончиков, мишек…А еще бросались в глаза икона на стене и портрет отца Георгия Францевича – француза из Марселя, железнодорожного служащего, умершего в 30 лет. Мать Георгия Францевича была сибирячкой, работала счетоводом. А сам он родился в Москве, и помнил ее дореволюционную, с извозчиками, каменными мостовыми, керосиновыми лампами.
— Революция была, — объяснял Георгий Францевич, — потому что поначалу во время германской войны исчезло масло, потом обозначился дефицит сахара, а когда возникли проблемы с хлебом, женщины, стоявшие за всем этим в очередях, возмутились, — и началась революция.
После которой, рассказывал Георгий Францевич, отправился он на юг к родственникам в Геленджик. Там он застрял бутафором в театре: началась гражданская, а через фронт переправляться особой охоты не было.
Георгий Францевич очень переживал, что все реже и реже садился в автобус и отправлялся в долгий путь на студию. Летом даже на дачу не ездил, ждал звонка, который позвал бы его на работу. Днем обычно Баба Яга шла к лучшему своему режиссеру – зеркалу, перед которым вертелся, прыгал, строил разные выражения на лице. Так сохранял Милляр свою форму.